кнопка поиска

Яндекс.МетрикаКрамола - крамольные взгляды на историю, мироздание, науку. Народное интернет радио Славянский МИР

2-е издание книги Буквица живого Великорусского...
Издательство «Родович» запускает в печать 2-е издание книги Буквица живого Великорусского образного языка. Можно с уверенностью утверждать, что русский язык к настоящему времени пришёл в упадок и... Читать далее
2-е издание художественных альбомов Всеволода...
По многочисленным просьбам наших читателей и поклонников творчества русского художника-славяниста Всеволода Борисовича Иванова. Издательство «Родович» запускает в печать 2-е издание художественных... Читать далее
РОК ВОЗОМНИВШИХ СЕБЯ БОГАМИ
Совсем недавно мы все были свидетелями раскрытия некой тайной силы, которая в обычное время обывателю не видна, скрытая за пеленой повседневных событий. Но события в Kрыму заставили эту силу... Читать далее
Буквица
Это методическое пособие было разработано на основе разъяснений, данных Главой Церкви Староверов о. Александром в ходе преподавания в Духовном Асгардском Училище. Данное пособие является приложением... Читать далее
Быстьтворь
В данной книге автор рассматривает проблемы отечественного и мирового прошлого с позиций наших Предков. Прошлое народов, населяющих Землю, неоднократно становилось предметом споров и разногласий. В... Читать далее
prev
next
Пятница, 27 Июнь 2014 04:00

Александр Угланов: "У художника работает генная память"

Оцените материал
(4 голосов)

Замечательный русский художник Александр Угланов, посвятивший своё творчество истории дохристианской Руси, живет и работает в Твери. В одном из залов литературно-мемориального музее М.Е. Салтыкова-Щедрина сейчас проходит его персональная выставка, на которой представлены работы по Гиперборейской и Ведической истории Руси, а также иллюстрации к книге Сергея Алексеева. Александр дал интервью прямо на фоне своих картин.

– Александр, расскажите о своем творческом пути, как вышли на славянскую тему?

– Рисовать начал с детства, как помню себя, брал бумажку, карандаш и рисовал что-то из сказок. Потом в школе участвовал в оформлении, делал стенгазеты, пошел заниматься в изостудию. В Твери открылось Художественное училище, и в 1975 году я поступил в него, 4 года отучился. В армии тоже художником был. Работал художником-оформителем в разных учреждениях, занимался торговой рекламой, оформлением витрин, интерьерами, дизайном, полиграфией. А потом работал в Доме учителя, где был народный театр, – придумывал декорации, костюмы. Потом в 90-е годы начались проблемы с деньгами, надо было искать что-то, вышел на рынок – продавать свои работы. Особенно хорошо шли у меня работы в русском стиле, я всегда любил Васнецова, Константина Васильева, даже копировал что-то. Наверное, русская тема жила во мне подсознательно от родителей, дедушки, бабушки, которые что-то привили мне. И, конечно, какая-то информация была, какие-то статьи читал – так потихоньку я подходил к этой теме. Еще со времен учебы в Тверском художественном училище мы были знакомы с Всеволодом Ивановым, потом неоднократно встречались на совместных выставках в художественном фонде. А тут сдружились ближе на фоне общего интереса к славянской теме. У нас образовался небольшой союз, тем самым мы друг друга подпитываем. Часто вместе участвуем в выставках.

– Для вас славянский мир это фантастика или реальность? Есть ли какие-то источники, откуда вы черпаете знания, например, о древней архитектуре, костюме?

– Это придуманный мною мир. Есть, конечно, какие-то книги, которые дают толчок. Есть отдельные детали, допустим, оберег женский, кокошник, просто орнамент. Из этой мозаики одно к одному все выстраивается. Но все придуманное я увидел через себя. Я считаю, что человек, как магнитофонная лента, куда наши предки что-то записали, а теперь ему это передается. Мне не нужны особые усилия, образы возникают как бы сами, просто надо их умело проработать. Творческий процесс идет постоянно.

 

– Вы считаете нужным изучать книги, посвященные славянской теме, или вам важнее наитие?

– Наитие подсказывает. Меня немножко затормаживает, когда надо брать что-то конкретное и создавать какой-то исторический документ. Художник, я считаю, должен создавать образ и пробуждать воображение зрителя, чтобы у него тоже возникли какие-то образы и чтобы ему было интересно дальше идти в эту тему. Иногда люди, увидев картину, могут развить столько интересных идей! Я однажды в музее Константина Васильева услышал рассуждения студентов о картине, для меня это было откровением, как могут раскрыться люди от соприкосновения с образным искусством. И я сам стараюсь не рассказывать о своих картинах, считаю, что они покрыты каким-то налетом тайны.

– Александр, смею с вами не согласиться. Если вы пишете пейзаж, естественно, никаких комментариев по этому поводу не надо, каждый почувствует красоту природы по-своему. Но если вы работаете над картиной по древнеславянской теме, отчего же не рассказать, какой сюжет взят за основу? Ведь мало людей в наше время вообще соприкасаются с темой дохристианской Руси. Если о ней не рассказывать, то люди ничего не поймут и просто пройдут мимо – ну подумаешь красивая картина

– Вот поэтому я все-таки делаю аннотации к каждой картине на выставке. Даю минимальную информацию – а дальше пусть человек сам в ней разбирается, если я его эмоционально зацепил, то он будет стремиться познать эту тему. Я тоже не знал всех славянских богов и богинь, потихоньку начал в этом копаться – и для меня вместе с новым знанием открылся целый мир.

– Вы считаете, если зрителю понравятся ваши картины, он будет дальше изучать славянскую ведическую культуру дальше?

– Не знаю. Я никогда не буду навязывать свою тему или говорить, что это сейчас модно и «круто». Просто как каждый художник создает свой мир и показывает его зрителю. А это уже его дело – воспринять или остаться равнодушным.

– Вы сейчас работаете только с темой дохристианской Руси или оставили для себя нишу портретов, пейзажей?

– Портреты делаю только на заказ, их не выставляю. Сейчас для меня славянская тема главенствующая. Она глубокая, как океан, и простор здесь такой, что берегов не видно. Одна тема она вытаскивает вторую, третью, друг за дружкой это все идет. Мне сейчас всё очень интересно.

– Почему на многих ваших картинах действие происходит в небе?

– На этот вопрос я даже не знаю, как конкретно ответить. Может быть, это генная память, которая изнутри что-то выталкивает и делает меня как бы наблюдателем с высоты птичьего полета.

 

– Вы быстро работаете? Сколько времени примерно уходит на одну картину?

– Конечно, по-разному, но в среднем, месяц. Бывает, увижу образ, начинаю работу, но чувствую, что еще надо подпитывать какой-то информацией, тогда оставляю эту работу. А потом в какой-то момент – щелк, озарило, быстро всё зарисовал. То есть работа у меня внутренне накапливается.

– Где находятся ваши картины – в частных коллекциях, в музеях?

– В Томском музее славянской мифологии есть девять работ, в коллекции Юрия Михайловича Медведева несколько работ, много картин в частной коллекции моих земляков, есть работы в Греции, в Германии, в Белоруссии. Многие просят на заказ сделать авторские копии каких-то работ, вот, например, «Берегиню». Но я не любитель копий, художнику интересен сам процесс, когда ты только идешь к результату. А когда он тебе уже заранее известен – не интересно, к тому же процесс очень трудоемкий. Если я и делаю авторский повтор, то только с какими-то изменениями.

– Вам заказал иллюстрации к своей книге «Как жили древние люди» известный писатель Сергей Алексеев. Как произошло знакомство?

– Тут интересно получилось. Мне очень понравилась книга Алексеева «Сокровища Валькирии», буквально меня притянула, и даже мелькнула идея, как было бы хорошо с этим человеком когда-нибудь познакомиться. Как говорят, всё записано на небесах… В Твери Виктор Авилкин снимал фильм о Всеволоде Иванове, мы все общались, и я подарил ему календарь со своими работами. Виктор показал его уже Сергею Трофимовичу, с которым был знаком. Алексеев посмотрел календарь, потом съездил в Томский музей посмотреть мои работы, ему очень понравилось. Он сказал: «Именно такие хоромы я видел внутренним зрением. Вот то, что нужно». Вот так, видимо, мы и подошли друг другу. От него поступило предложение сделать иллюстрации к сказке «Как жили древние люди». Она написана в виде глав-уроков. Я сделал 11 картин-иллюстраций ко второй части книги, первую оформлял другой художник. Я постарался в каждой картине дать смысловую суть целой главы. Картину нужно внимательно рассматривать, потому что в ней каждый сантиметр несет какую-то информацию, какой-то сюжет. Книга уже скоро выйдет из типографии. А картины к ней сейчас представлены на выставке в музее Салтыкова-Щедрина в Твери.

– Будут ли еще совместные с Алексеевым проекты?

– Я работаю над иллюстрацией его книги «Изгой великий» об Александре Македонском. Эта тема для меня более трудная, это уже не сказка, это история. Здесь нужны точные детали костюма, вооружения, архитектуры, нужны многофигурные композиции. Сейчас я сделал цикл картины, думаю, завершу цикл к концу года.

– Судя по циклу «Берегиня Святой Руси», теперь вы предпочитаете разрабатывать тему целыми сериями картин?

– Да, я в последнее время не мыслю отдельными картинами. Мне интереснее раскрывать тему через целые серии картин.

– Кто первый рецензент ваших новых картин?

– Моя семья – мама, жена. Когда я в чем-то сомневаюсь и мне нужен свежий взгляд, я всегда ставлю к стенке, и спрашиваю: «Чего не хватает?» Мне важны не профессиональные советы, а именно зрительское ощущение – что нравится, что не нравится. Тогда мне самому все становится ясно, не нужно никаких объяснений.

– На вашей выставке есть книга отзывов. Что пишут люди, им близки ваши образы?

– Пишут много хорошего, но у меня такое ощущение, что это все не обо мне. Правда. Я еще не привык к такому вниманию, которое заставляет, может быть, немножко мандражировать и уж точно налагает какую-то ответственность.

– Вы очень эмоциональный человек?

– Я в творчестве эмоциональный, всегда стараюсь поймать какой-то всплеск, образ и перенести его на холст. В поиске тоже есть эмоции.

– Скажите, а вы ставите для себя цель своими картинами нести пропаганду знаний о древней славянской культуре?

– Да, я думаю, это нужно продвигать. Но в любом случае каждый в жизни сам выбирает, что ему надо, что не надо. Я этой темой занимаюсь искренне. И если у людей после моих работ появляется интерес к славянству, меня это воодушевляет. Это очень положительно сказывается на художнике, когда к нему есть интерес у зрителя, значит, он развивается в правильном направлении. Когда взаимосвязь такая происходит, значит и пропаганда получается, цепочка возникает. Люди начинают искать материалы о художнике в интернете, общаются на форумах, рекомендуют друг другу новых художников. В выставочном зале меньше народу за месяц увидит мою выставку, чем в интернете. Правда, ничто не может сравниться с живой атмосферой знакомства с картиной, когда к ней можно близко подойти, почувствовать ее энергию. Очень эмоционально на мои картины реагируют дети – тащат родителей посмотреть поближе. Вот это прекрасно, я считаю, когда культура предков впитывается с детства естественным путем. Какие образы мы впитали в детстве – с ними по жизни и идем.

Алла Алешина

Прочитано 929 раз